Автор Тема: Христос, Вечное Дао  (Прочитано 3372 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #80 : 02.01.2019, 17:24:17 »
81
Тот, кто думает, что все пути равно истинны,

Найдёт свою жизнь недостаточно долгой, чтобы идти по Пути до конца.

Человек тогда не сможет быть простым и бесхитростным, свободным от множества размышлений.

Он будет как человек имеющий много любовников,

Занятый каждым из них, но никому не преданный целиком.

Он не будет в брачном союзе с Путём,

Но останется вне Брачного Чертога.

Быть в брачном союзе с Путём - значит полностью принадлежать Ему.

Быть полностью принадлежащим Ему - это значит, что Он полностью принадлежит тебе.

Только тогда Он сможет завершить Свою работу внутри тебя.

Только тогда Он может довести тебя до Своего конца:

До Его конца, где никогда не будет разлучения с Ним,

Единственным Женихом.
« Последнее редактирование: 04.01.2019, 19:47:08 от Даниил Хосейни »

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #81 : 06.01.2019, 17:57:03 »
Я снова проверил свой перевод, сделал некоторые исправления. Особенно тяжело было с цитатами Лао-цзы. Я старался как можно чаще цитировать его цитаты по переводу преимущественно Малявина и Лисевича, но контекст книги "Христос, Вечное Дао" не всегда это позволяет; так что порой приходится просто переводить его цитаты с английского перевода. На этом конец первой части книги. Надеюсь, что Бог даст время и я переведу и вторую часть.

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #82 : 02.02.2019, 16:38:35 »
Мир вам! Теперь я постараюсь перевести остальной текст книги "Христос, Вечное Дао". В основном это заслуга Гугла переводчика, я только проверяю и делаю некоторые исправления. Да воздаст Господь добром тем программистам и разработчикам, которые значительно облегчают мою работу благодаря этому программному обеспечению и ресурсам. Я начну переводить с самого начало книги, начиная с предисловия. Свои пояснения буду приводить в скобках и курсивом

Икона Христа «Царь царей и Господь господствующих» (Откровение 19:16). Эта икона из России восемнадцатого века показывает художественное влияние соседа России - Китая

Посвящается 222 китайским православным мученикам, которые были убиты за Христа во время восстания боксеров в Пекине в 1900 году.

Есть нечто бесформенное, рождённое раньше
Небес и Земли.
О, как безмолвно, как бестелесно!
Только оно стоит, не меняясь,
Кружится, не встречая преград.
Его можно считать (Пра)матерью Мира.
Я, не ведая имени, дал ему прозвание: «Путь»,
Самовольно нарёк «Величайшим»...

(Дао-де-цзин, глава 25 по преводу И.С. Лисевича)

В начале был Путь,
И Путь был у Бога,
И Путь был Бог.
Он было в начале у Бога.
Всё чрез Него на́чало быть,
И без Него ничто не на́чало быть, что на́чало быть.
В Нём была жизнь, и жизнь была свет человеков.
И свет во тьме светит,
И тьма не объяла его.
В мире был, и мир чрез Него на́чал быть,
И мир Его не познал.
И Путь стал плотию,
И обитал с нами,
И мы видели славу Его...

(Переведено с кантонского издания Нового Завета, опубликованного в Китае в 1911 году Американским библейским обществом)

Серафим Саровский, Россия (1759-1833): деталь портрета, написанного с натуры.

Не с такою силой, как в народе Божием, но проявление Духа Божьего действовало и в язычниках, не ведавших Бога Истинного, потому что и из их среды Бог находил избранных Себе людей. Таковы, например, были девственницы пророчицы, сивиллы, которые обрекали своё девство хотя для Бога Неведомого, но всё же для Бога, Творца Вселенной и Вседержителя, и Мироправителя, каковым Его и язычники сознавали. Также и философы языческие, которые хотя и в тьме неведения Божественного блуждали, но, ища истины, возлюбленной Богу, могли быть, по самому этому боголюбезному её исканию, не непричастными Духу Божиему, ибо сказано: «Языки неведущие Бога естеством законная творят и угодная Богу соделывают» (Рим. 2:14)...
Так вот, ваше боголюбие, и в еврейском священном, Богу любезном народе, и в язычниках, неведущих Бога, а всё-таки сохранялось ведение Божье, то есть, батюшка, ясное и разумное понимание того, как Господь Бог Дух Святой действует в человеке и как именно и по каким наружным и внутренним ощущениям можно удостовериться, что это действует Господь Бог Дух Святой, а не прелесть вражеская. Таким-то образом всё это было от падения Адама до пришествия Господа нашего Иисуса Христа во плоти в мир.

(Преподобный Серафим Саровский https://religion.wikireading.ru/9868 )

Художник Лу Шибай, Пики горы Хуаншань.

Епископ Симеон Ду из Восточной Православной Христианской Церкви в Шанхае.

Предисловие

Сегодня, когда тридцать тысяч человек в Китае становятся христианами каждый день - число, беспрецедентное в мировой истории, - всё больше людей на Западе отворачиваются от своих христианских корней и начинают интересоваться древней китайской религией. Почему происходит такой поворот? Очевидно, это потому, что многие китайцы в настоящее время обретают истинный опыт Христа перед лицом религиозного преследования со стороны коммунистического правительства, в то время как церкви на богатом, свободном Западе теряют понимание сущности Христа и Его учения.

В современном западном обществе многие люди отворачиваются от христианства своего периода становления, потому что они находят, что его истины подавлены нереальной религиозностью. Они видят, что люди в церквях не меняются и не становятся лучше, а скорее успокаивают себя и друг друга в своём невозрождённом состоянии. Они обнаруживают, что дух западных церквей по своей сути мало отличается от духа окружающего их мира. Сняв с христианства Крест внутреннего очищения, эти церкви заменили прямое, интуитивное восприятие Реальности и истинное переживание Бога интеллектуализмом с одной стороны и эмоционализмом с другой.

В первом случае христианство становится чем-то, что приобретается путем заучивания, основанного на идее, что, если вы просто понимаете слова правильно - если вы просто запоминаете ключевые стихи Писания, интеллектуально понимаете понятия и повторяете их, знаете, как действовать и говорить на религиозном диалекте вашей конкретной секты - вы будете спасены. Христианство становится тогда сухой религией, основанной на словах, юридической системой, набором идей и форм поведения и политическим институтом, который действует на тех же принципах, что и институты этого мира.

Во втором случае западные церкви добавляют элемент эмоционализма и энтузиазма, чтобы добавить жизни к своим системам, но это становится столь же грубо материальным, как и религиозный легализм. Люди гипнотизируются своими самовнушёнными эмоциональными состояниями, видя мираж духовного восхождения, но оставаясь привязанными к материальному миру.

Это не прямое восприятие Реальности; это не Предельное. Поэтому неудивительно, что западные духовные искатели, даже если они выросли в христианских домах, начинают свой поиск в другом месте, в восточных религиях. Также неудивительно, что многие обращаются к глубокой и загадочной работе дохристианского Китая - Дао Дэ Цзин. Читая Лао Цзы, они чувствуют дух, подобный духу Иисуса Христа. Они видят поэтическое представление о Христе в Лао-Цзы - слабое, но всё же чистое отражение. И для них этот слабый, но чистый образ лучше, чем Его более яркий, но запятнанный образ, с которым они сталкиваются во многих деноминациях, выдающих себя за христианство.

В традициях древнего Китая западный духовный искатель может научиться основам духовной жизни, которым церкви не смогли его научить: как освободиться от навязчивого мышления и обрести тишину мыслей, как избавиться от вожделений и пристрастий и как победить негативные эмоции.

Некоторые удовлетворены оставаясь на этом пути. Однако в других из нас происходит странная вещь. В каком-то смысле мы добиваемся большего духовного прогресса, чем когда-либо прежде, но в то же время мы необъяснимо неудовлетворены. В нашем новом понимании того, что существует нечто большее, чем сфера эго и страстей, мы осознаем, что должно быть что-то ещё большее - даже больше того, что дарует подлинная китайская традиция. И мы обнаруживаем, что, хотя мы оставили западные христианские конфессии, мы не можем оставить Христа позади.

Почему это так? Кто-то скажет, что, как у западенцев, христианство у нас как бы заложено в наших генах. Но мы бы сказали больше: что, несмотря на то, что мы были привержены ослабленной форме христианства, мы всё же были привержены «идеалу Христа» - как назвал это великий хранитель религии коренных американцев Огайеса. Само семя идеи Иисуса Христа - Бога, Который стал плотью, Который истощил Себя в творении, Кто говорил слова, которые Он говорил, Кто умер на Кресте, чтобы восстановить человечество в его изначальной природе и, таким образом, вернуть в Рай, - настолько могущественно Само по себе, что рассказы и учения всех мировых религий просто бледнеют в сравнении. Но если Христос настолько велик, что его не сравнить с другими, почему западная религия, будучи основанной на Нём, находится в таком плачевном состоянии? Почему она настолько направленна на внешнее, настолько материалистична и обмирщённая? Конечно, мы верим, что Христос должен быть чем-то большим чем это.

Но это больше, чем просто идея Христа, которая действует в наших душах. Сам Христос действует в них. Услышав откровение Христа, мы теперь несём за него ответственность, и теперь Он помогает нам выполнить эту ответственность. Он помогает нам прийти к Нему.

Наш путь к истинному переживанию Христа часто бывает долгим и трудным. Мы на современном Западе стали слишком утончёнными, слишком сложными. Когда люди говорят с нами о христианстве, мы слышали всё это раньше: мы уже привыкли определенным образом реагировать на христианские слова и понятия. Рефлексы, которые они вызывают в нас, иногда связаны с эмоциональной травмой прошлого, которая заставляет нас либо цепляться за них, либо восставать против них. Цепление и бунт - это только две стороны одной медали: обе основаны на эмоциональной вовлеченности в слова и понятия, которые утверждают, что являются самой Реальностью, но не являются таковой.

Более того, эти христианские слова и концепции, которые мы выучили, должны соперничать с тысячами других из всех мировых религий и философий, которые теперь стали доступными для нас, утончённых современных людей. Это преподносит нам парадокс. Зная, что разные религии и философии не могут быть истинными одновременно, мы склонны релятивизировать (придавать относительный характер) истину. Это то, что наши логические умы говорят нам делать. Но, в конечном счёте, мы всегда ошибаемся, когда доверяем своим логическим умам.

Как нам пройти это? Как нам стать несложными и простыми? Можем ли мы просто отучиться от всего, чтему мы научились?

Нет, мы не можем, но то, что мы можем сделать, это отделить себя от этого, чтобы взглянуть на это новыми глазами. Для нас, жителей Запада, чтобы по-настоящему войти в древнее христианское предание и уловить суть учения Христа, нам необходимо распять наши рационализирующие умы и подняться над уровнем мысли и эмоций. Для общества, основанного на утверждении Декарта «Я мыслю, следовательно, я есмь», это, конечно, означает своего рода самоубийство; и именно к такой смерти эго Христос и призывает нас. Современное западное христианство учит нас тому, как думать и что думать; тогда как Сам Христос, как это делал Лао Цзы до Него, учил нас, как не иметь нужды чтобы думать.

Единственный способ преодолеть чисто внешнее восприятие религиозных слов и понятий - это искать без компромисса и саможаления  Реальность, стоящую за ними. Если наш быстро уменьшающийся западный христианский мир слишком измучен интеллектуализированной или эмоционализированной религией, чтобы увидеть суть христианства, то мы должны как бы начать всё сначала.

В этой книге мы посмотрим на Христа и его послание так же, как и Лао-Цзы, который, хотя и жил за пятьсот лет до Христа, интуитивно ощущал присутствие Христа в творении. Мы постараемся стать похожими на образ  «младенца, который ещё не улыбался» (описанный) Лао-Цзы, который ещё не научился реагировать на слова и идеи, который знает, не зная, как он знает. И затем, с точки зрения простоты, невинности и прямой интуиции Лао-Цзы, мы получим послание Христа из нового источника: не от современного Запада, – который исказил его (раздробив) на тысячи противоречивых сект и философий, – а от древнего Христианского Востока, который передал нашему времени суть учения Христа таким образом, что оно соответствует учению Лао-Цзы, не отрицая интуитивных реализаций Лао-Цзы, но привнося их в новое измерение.

В китайской традиции прямая передача мудрости от учителя к ученику имеет жизненно важное значение. Восточно-христианская Церковь имеет эту передачу вплоть до самого Христа: непрерывная историческая линия развития без фундаментального сдвига в точке зрения, как это произошло на Западе после раскола 1054 года.

На христианском Востоке мы находим чёткое руководство по обретению тишины, преодолению страстей, обращению с мыслями и развитию добродетелей, а также точные учения о духовной прелести, что более безопасно и уверенно ведёт нас по пути к Богу. Самое главное, что мы находим неискажённый образ Христа, которого мы не видели в других церквях. В Нём, Которого древний акафистский гимн называет «восходом Востока», мы находим Начало и Конец желания нашей души и дверь в вечную жизнь.

В мистической и созерцательной традиции восточного христианства, – которую мы обсудим в части III этой книги, – мы способны выйти за пределы любых реализаций, которые мы могли иметь в восточных религиях. Конец этого - обóжение, полное озарение, совершенное общение с нашим Творцом и рождение Самого Христа в нас.

Во Христе есть исполнение ожиданий древних. Христос не отменяет того, что было до Него; вместо этого Он приводит его к исполнению, разрушая ложное и поддерживая истинное в свете Его окончательного откровения. Истины во всех древних религиях и философиях сияют в этом Свете, но они не являются этим Светом и не равны ему. Если их увидеть глазами веры, они могут засвидетельствовать о Свете откровения, так же как и души сегодняшних искателей, когда глазами Лао-Цзы они находят и видят Неискажённый Образ Христа, сияющий всем Своим сиянием на древнем христианском Востоке.
 
Давайте теперь посмотрим через эти глаза. Людям, которые жили до Христа, Лао Цзы показал, как подняться над мыслями и эмоциями, чтобы они могли знать об Уме, который вне мысли, слышать Слово, которое не издаёт ни звука, и следовать Дао, который не оставляет следов. Для нас, пришедших после Христа, Лао Цзы может сделать то же самое, чтобы помочь нам начать путь к истинному, неконцептуальному опыту Иисуса Христа, Того, Кто является воплощением Логоса греков, Вакан Танки коренных американцев и Дао богоискательных древних китайцев.

Члены Восточно-православной христианской Церкви в Пекине, 1935 год. Снимок сделан по случаю 250-летия Пекинской миссии. Посередине - священник Николай Си, приехавший по этому случаю из Шанхая. Люди в китайских костюмах разных цветов - в основном синих. Краткую историю восточного православия в Китае см. в приложении 1.


Художник Чанг Лу (ок. 1490-1563). Лао-цзы, едущий на азиатском буйволе. Согласно китайской традиции, Лао Цзы, написав Дао Дэ Цзин в старости, покинул мир на буйволе. Он путешествовал через перевал Ханку в горы Чунгнан на западе, где он стал отшельником в пустыне.
« Последнее редактирование: 02.02.2019, 16:43:05 от Даниил Хосейни »

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #83 : 09.02.2019, 18:29:24 »
Введение: Лао-Цзы и древние греки

Мое учение легко для понимания и делания; и всё же в мире нет ни одного человека, который мог бы его понять и применить в жизни. Потому что в основу моих учений положен принцип естественности, который вытекает из понимания целостности мира. Такое учение трудно понять, поэтому я неизвестен.
- Лао-Цзы ((английский) перевод Жи-минь Шэня)

Но хотя этот логос существует вечно люди оказываются непонимающими его и прежде, чем вслушаться в него, и вслушавшись однажды. Ибо хотя все (люди) сталкиваются лицом к лицу с этим логосом, они выглядят незнакомыми с ним даже когда пытаются понять такие слова и дела, о каких толкую я, расчленяя их согласно природе и ясно выражая, каковы они. Что же касается остальных людей, то они не осознают того, что делают наяву, подобно тому, как они пребывают в забытьи о том, что делают во сне.
- Гераклит ( цитата из www.academia.edu, стр. 147)

Книга «Христос Вечное Дао» написана по вдохновению жизнью синолога иеромонаха Серафима Роуза (тогда известного как Юджина Роуза) и его учителя, философа Жи-минь Шэня. В древней китайской традиции, по версии толкования Жи-миня, поражает то, насколько близка она древнегреческой традиции; и Жи-минь фактически учил, что ранние китайские и греческие философы были в основном одинаковыми в своём ви́дении вселенной.

Гераклит Эфесский (ок. 540-480 гг. до н. э.). Статуя второго века н.э. скопированная с оригинала пятого века до н.э.

«В истории древнего Китая», –  сказал о. Серафим, –  «бывают моменты, когда совершенно невероятным образом в китайской жизни происходили те же вещи, что и на Западе, хотя внешней связи между двумя цивилизациями не было. Первые из греческих философов - Фалес и другие - жили в VI веке до нашей эры, примерно в то время, когда Конфуций был в Китае, а Будда - в Индии. Как будто действительно был (общий) дух времени».

Гераклит, родившийся в середине VI в. до н. э., был одним из первых греческих философов. За загадочный характер его произведений его даже в древности называли «Тёмным». Свою философию он основывал на «Логосе» - слово, которое само по себе и означает «Слово», но которое несёт в себе дополнительный оттенок значения меры, соотношения и модели. Логос Гераклита, согласно одному учебнику греческой философии, «является первоосновой познания: понимание мира подразумевает понимание структуры или модели мира, модели, скрытой от глаз обычных людей. Логос также является первоосновой бытия, того единства мирового процесса, который поддерживает его как процесс. Это единство лежит под поверхностью, потому что это единство разнообразных и противоречивых противоположностей, в противостоянии которых Логос поддерживает постоянный баланс... Логос поддерживает равновесие вселенной в каждый момент». Хотя Гераклит учил, что «всё меняется, и ничто не остаётся неподвижным», он знал, что Логос сам по себе постоянен, (как) размеренная структура потока.

Примерно в то же время, когда Гераклит жил в Греции, в Китае жил философ Лао-Цзы («Старый Учитель»). Лао-цзы писал о той же Модели вселенной или Управляющем Принципе, который Гераклит назвал Логосом. «Я, не ведая имени», - сказал он, - «дал ему прозвание: «Путь» (Дао)» - Дао является символом, лежащим в основе китайской мысли, как Логос был основой для древнегреческой мысли. Для Лао-Цзы Путь был именно тем, что означало его принятое имя, в его полном метафизическом смысле: Путь, Тропа или Модель Неба, Направление, которым следует всё творение. Путь - это несотворённая причина всех вещей. Это Путь, который творит, и это Путь, который «взращивает, вынашивает и вскармливает, даёт вырасти, даёт созреть, пестует, оберегает» творение, уравновешивая противостояние противоположностей, сам ни с кем не борясь.

Из писаний Гераклита только горстка фрагментов дошла до нас; но от Лао-Цзы у нас есть целиком восемьдесят одна глава "Дао-Дэ-Цзин". Из всех древних философов Лао-Цзы наиболее близко усвоил сущность реальности и описал Дао или Логос. Его "Дао-Дэ-Цзин" является воплощением того, что человек может узнать через интуицию, через способность постигнуть вселенский Принцип и Модель, которая выражает себя в творении.

Спустя шесть веков после Гераклита и Лао-Цзы на греческом острове Патмос жил старый седовласый отшельник по имени Иоанн. Находясь в изгнании в пещере острова, он продиктовал своему ученику Прохору то, что он получил от прямого откровения с Неба, от божественного видения, и, таким образом, сказал миру слова, которые он никогда не думал услышать:

В начале было Слово,
И Слово было у Бога,
И Слово было Бог.
Оно было в начале у Бога.
Всё чрез Него начало быть,
И без Него ничто не начало быть, что начало быть.
В Нём была жизнь, и жизнь была свет человеков;
И свет во тьме светит,
И тьма не объяла его.
В мире был, и мир чрез Него начал быть,
И мир Его не познал…
И Слово стало плотию
И обитало с нами,
И мы видели славу Его.

Это был тот самый Логос, о котором Гераклит говорил, что люди «оказываются непонимающими его»; это был тот самый Дао, которого по словам Лао-Цзы «в мире никто не мог понять». Недаром чуткие китайские переводчики Евангелия от Иоанна, зная, что «Дао» означало для китайцев то, что «Логос» означало для греков, написали первую строчку Евангелия следующим образом: «В начале был Дао». (Примечание: Отождествление «Дао» с «Логосом» имеет не только философскую, но и библейскую основу. В Евангелии от Иоанна Христос воплощенный Логос называет Себя «Путь (Дао)» (Ин. 14: 6); и в Деяниях св. Апостолов мы читаем, как первые последователи Христа называли свою новую веру просто «Путь» (Деяния 19: 9, 19:23, 22: 4, 24:14, 24:22))

Иоанн Апостол диктует Евангелие своему ученику Прохору на греческом острове Патмос. Русская икона семнадцатого века.

Святой Иоанн Апостол Христа, который написал книгу Откровения, а также Евангелие от Иоанна. Икона шестнадцатого века из монастыря Святого Иоанна на острове Патмос, построенная над пещерой, в которой он жил и получил Божественное откровение.

Когда апостол Иоанн написал своё Евангелие, он, без сомнения, знал об общепринятом греческом философском символе Логоса. Но - как ясно видно из сравнения этого Евангелия с загадочным текстом Гераклита или писаниями других философов, - когда он говорил из откровения, он не просто заимствовал старый термин; скорее он преобразовывал его, приводя его в свет полноты мистического ве́дения. Когда он говорил о Логосе, он не говорил больше загадками, как тот, кто только увидел его следы в природе. Теперь Логос - Творец, Держатель, Модель и Управляющий Принцип сотворённого мира, - стал плотью и обитал среди нас, единственный раз в истории. И Иоанн, Его ученик, видел Его; Он видел Его славу и услышал слова, исходившие из Его уст. Получив предельную близость к Тому, Которого раньше только смутно видели, он даже лежал на Его груди и в величайшей тайне принял Его в себя во время Тайной Вечери.

Таким образом, в то время как «Дао-Дэ-Цзин» Лао-Цзы представляет собой наивысшее, что человек может узнать через интуицию, Евангелие от Иоанна представляет собой наивысшее, что человек может узнать через откровение, то есть через то, что Бог делает Себя известным и познаваемым на опыте самым ощутимым образом, который только возможен.

Жи-минь Шэнь проводит урок китайской философии в 1956 году в Академии азиатских исследований в Сан-Франциско, где о. Серафим впервые учился у него. Позже Жи-минь стал домашним учителем о. Серафима по древнекитайскому языку и философии.

 
Иеромонах Серафим и Жи-минь Шэнь

Выросший в конце 1940-х и начале 1950-х годов, упомянутый о. Серафим отверг современное американское христианство, в котором он вырос, посчитав его скучным, бесплодным и пустым. В поисках истинного понимания реальности он предпринял обширное исследование древней китайской традиции, сначала под руководством Алана Уоттса, а затем под руководством более подлинного передатчика этой традиции, смиренного и добродетельного Жи-минь Шэня. Жи-минь учился у мудрецов в Китае (среди которых были Оу-Янг Цин-ву и Ма Ей-фу), а также у некоторых из величайших китайских мыслителей двадцатого века. Под его опекой о. Серафим выучил древнекитайский, чтобы изучать "Дао-Дэ-Цзин" на языке оригинала. Он помог Жи-миню перевести "Дао-Дэ-Цзин" на английский, и Жи-минь открыл ему более глубокий смысл его содержания. Именно Жи-минь первым сказал о. Серафиму, что Логос древних греков то же, что и Дао Лао-Цзы.

О. Серафим (Юджин) Роуз в 1963

Из сочинений французского метафизика Рене Женона о. Серафим понял необходимость придерживаться традиционной, ортодоксальной формы религии. Это позволило ему оценить Жи-миня как ортодоксольного представителя китайской традиции; и затем привело его, наконец, неожиданно, к древней, ортодоксальной форме религии, которую он отверг в молодости. Как древние греки когда-то видели исполнение своей философии в откровении Христа, так и о. Серафим признал исполнение философии Лао-Цзы в древнем православном христианстве, которую греки (а через них и русские) сохранили.

Жи-минь Шэнь позже исчез таинственно, к великой печали о. Серафима, который до конца своих дней вспоминал его с глубочайшим почтением и благодарностью. О. Серафим стал православным монахом и писателем в горах северной Калифорнии, и после своей смерти в 1982 году он неожиданно стал одним из самых любимых духовных писателей в России. Именно через него автор настоящей книги открыл глубину древнего, незапятнанного христианства и вместе с о. Серафимом обнаружил, что это и есть полнота того, что он искал у Лао-Цзы. Эта книга - дар для единомышленников, которые сочли современное американское христианство по бóльшей части тривиальным и шаблонным, и, тем не менее, которые всё ещё жаждут Христа. Посредством мудрости древних, просветлённых Богом христианских учителей, которых мы широко цитировали, мы покажем, что откровение Христа действительно является осуществлением того, что было предвидено великими дохристианскими мудрецами.

Заметки о. Серафима из классового обсуждения глав 52 и 51 "Дао-Де-Цзин", в котором Жи-Минь приравнивал Дао к Логосу и определял "Де" как «реализующий принцип» Дао. 11 ноября 1957 года.

Иеромонах Серафим Роуз (1934-1982) в монастыре св. Германа в горах северной Калифорнии, 1978.

Современный синкретизм и древняя апологетика


Это сравнение книг «Дао-Дэ-Цзин» с христианскими Писаниями даёт повод для обвинения в попытке очередного религиозного синкретизма. Однако серьёзное чтение текста подтвердит, что это не так. Религиозный синкретизм в его современной форме рассматривает все пути как обладающие истиной одновременно и в равной мере, и при этом он вынужден упускать из виду определенные базовые различия или предлагать сложные объяснения для рационализации этих различий. Древние христианские учители, с другой стороны, придерживались более честного и проницательного подхода, который в итоге оказывался более простым, естественным и органичным. Вместо того, чтобы смешивать все религии воедино, как это делают современные, древние понимали, что на протяжении веков происходило раскрытие мудрости. Они видели предзнаменования, проблески и пророчества о Христе не только среди древних евреев, но также и среди других народов, которые жили до Него, и они воспринимали сочинения дохристианских мудрецов как подготовку ко Христу как апогея откровения. Это наиболее чётко объясняется в цитате преподобного Серафима, которой начинается эта книга. Если мы признаём, что дохристианские философы действительно искали истину и мельком постигали её, то само собой разумеется, что их учения должны обладать некоторым сходством, как разбитое отражение луны в воде, с полнотой Истины в Иисусе Христе. Следовательно, эти сходства не должны представлять угрозу для христианства; вместо этого они предлагают ещё одно свидетельство о Христе как универсальной Истины.

Таким образом, «Христос Вечное Дао» следует рассматривать не в рамках современной синкретической традиции, а скорее в контексте древней апологетической традиции. Последняя началась менее чем через столетие после Христа, со святым мучеником Иустином Философом (110-165 гг.), св. Климентом Александрийским (153-217 гг.) и Лактанцием (260-330 гг.).

Говоря с греческими многобожниками своего времени, святой Иустин указывал на свидетельство греческих философов и дохристианских поэтов, которые, как и Лао-Цзы, учили, что богов не много, но есть только один Бог: Несотворённая Причина и Творец Вселенной, всемогущий, вечный и бесконечный (среди тех, кого упоминает Иустин: Орфей (в работе под названием «Диатека»), Софокл, Пифагор, Платон, Аммон, Исхил, Филимон, Еврипид и Менандр). Иустин утверждал: «всё, что когда-либо сказано и открыто хорошего философами и законодателями, всё это ими сделано соответственно мере нахождения ими и созерцания Слова... Все те писатели посредством врождённого семени Слова могли видеть истину, но тёмно. Ибо иное дело семя и некоторое подобие чего-либо, данное по мере приемлемости; а иное то самое, чего причастие и подобие даровано по Его благодати» («Вторая Апология» https://azbyka.ru/otechnik/Iustin_Filosof/apologia/#1_2). В другом месте Иустин зашёл так далеко, что назвал дохристианских мудрецов именем христианина: «Те, которые жили согласно со Словом, суть христиане, хотя бы считались за безбожников: таковы между эллинами - Сократ и Гераклит и им подобные... Таким образом, те прежде бывшие, которые жили противно Слову, были бесчестными, враждебными Христу и убийцами людей, живших согласно с Словом, а те, которые жили и ныне живут согласно с ним, суть христиане, бесстрашны и спокойны» (там же).

Святой мученик Юстин Философ (110-165)

В поколениях, последовавших сразу за Иустином, Климент и Лактанций продолжили эту традицию, указав на древних писателей, которые верили в единого Бога (св. Климент и Лактанций помимо мыслителей, на труды которых ссылался св. Иустин, цитировали Виргилия, Овидия, Фалеса, Анаксагора, Антисфена, Клианфа, Хриссипа, Зенона, Демокрита, Ксенофана Афинянина, Гесиода, Аристотеля, Цицерона и Сенеку). Среди философов, которых они цитируют, есть Гермес Трисмегист, который как и Лао-Цзы говорит, что Творец «один, самосуществующий и без имени» (возможно имеется ввиду цитата Гермеса «Есть ли какое слово мудрости, о дитя моё, которое может сказать о едином Господе всего и о Боге предразумном, говорить о Котором выше человека?»  ( «Божественные установления» https://azbyka.ru/otechnik/Laktantsij/bozhestvennye-ustanovlenija/4)).

«Но греки», – говорит Лактанций, - «называют Его Логосом, что лучше, чем наше Слово [verbum] или Речь [sermonem]. Ведь Логос означает и слово, и мысль, так как Он есть и Голос, и Мудрость Бога. Этого божественного Слова не чужды даже философы. Ведь Зенон называет Логосом устроителя вещей — творца вселенной, именуя его Роком [fatum], Необходимостью вещей [necessitatem rerum], Богом и душой Юпитера [animum Jovi], по тому, разумеется, принципу, по которому обычно Юпитера принимают в качестве Бога. Но различие в словах ничего не значит, когда смысл соответствует истине» (там же).

Иустин и Лактанций восхваляли Сократа, потому что, подобно Лао-Цзы, он воздерживался от изложения точных, определённых учений о тех вещах, которые не были показаны ему через Божественное откровение. В духе Лао-Цзы Сократ сказал: «Отца и Зиждителя всего и найти не легко, и, нашедши, возвестить Его всем не безопасно» («Вторая Апология», есть также эта цитата и у Климента Александрийского и Лактанция). Они также превозносили Сократа за то, что он не оказывает почтения ложным богам, которых признавало государство и которым весь народ поклонялся - и даже за то, что его убили за это. Это потому, что, как пишет Иустин, «Христос был отчасти познан Сократом, ибо Он был и есть Слово, Которое находится во всём» (дословная цитата «Ибо Сократу никто не поверил так, чтобы решился умереть за это учение; напротив Христу, Которого отчасти познал и Сократ, - ибо Он был и есть Слово, Которое находится во всем и предвозвещало будущее, то через пророков, то и Само через Себя, когда соделалось подобострастным нам и учило этому, - поверили не только философы и учёные, но и ремесленники, и вовсе необразованные, презирая и славу, и страх, и смерть, потому что всё это производит сила неизреченного Отца, а не средства человеческого разума» («Вторая Апология»)).

Помимо высказываний философов древние христианские писатели цитировали высказывания десяти дев пророчиц, известных как Сивиллы, которые указывали на веру в единого невидимого Бога и предлагали ясные пророчества о пришествии Христа. Виргилий, умерший за девятнадцать лет до рождества Христова, использовал пророчества сивиллы Кумской, чтобы предсказать (в своей эклоге IV), что Мессия «с высо­ких небес посы­ла­ет­ся», родится младенцем от Девы и положит начало веку, когда «весь позор наших прежних преступлений очистится»; и что всё это будет происходить во время правления друга Вергилия, консула Поллиона (русский перевод эклоги IV смотрите здесь http://ancientrome.ru/antlitr/t.htm?a=1375100004 (о сивиллах см. также у мч. Иустина Философа «Увещание к эллинам» https://azbyka.ru/otechnik/Iustin_Filosof/uveshhanie-k-ellinam/ )). Это действительно произошло.

Цитируя мудрецов, которые жили до Христа, Иустин, Климент и Лактанций исправляли их ошибки, которые они связывали со временем, в которое жили эти мудрецы. «Ибо всякий из них говорил прекрасно потому именно», – говорит Иустин, – «что познавал отчасти сродное с посеянным Словом Божиим. А те, которые противоречили сами себе в главнейших предметах, очевидно, не имели твердого ве́дения и неопровержимого познания» («Вторая апология»). И Лактанций пишет:«Люди высочайшего ума коснулись истины и почти познали её, если бы обычай, заражённый ложными воззрениями, не уводил их обратно» («Божественные установления», это не дословная цитата. Есле же кто-нибудь из вас прочитает эту книгу по вышеуказанной ссылке и найдёт дословную цитату, то, пожалуйста, приведите её и я исправлю). В то же время, как Иустин, так и Лактанций принимали истины, сказанные древними мудрецами, как свои. «Итак, всё, что сказано кем-нибудь хорошего», – утверждает Иустин, – «принадлежит нам, христианам».

Ни Иустин, ни Климент, ни Лактанций не могли слышать о Лао-Цзы. Однако из вышесказанного нельзя сомневаться в том, что если бы они жили в Китае, а не в греческом и римском мире, они приводили бы Лао-Цзы в качестве дохристианского свидетеля Христа-Логоса.

В древних греческих, болгарских и румынских православных монастырях и церквях сегодня можно найти настенные росписи древнегреческих философов, которые, таким образом, почитаются как искатели Истины до пришествия Христа. Даже самые последовательные христиане в Греции называют Сократа «апостолом язычников». Самый любимый греческий святой двадцатого века, святой Нектарий Пентапольский, сказал, что Сократ и «божественный Платон» временами были «вдохновляемы Богом». Если греческих философов можно почитать таким образом, то не почтить ли и Лао-цзы, который ещё ближе подошёл в своём описании к Логосу, Дао, до того, как Он стал плотью и обитал среди нас?

Греческий философ Пифагор (578-510 гг. до н.э.). Настенная живопись самого известного греческого иконописца современности Фотия Контоглу, 1932 год. В своей книге «Экфразис (выражение) православной иконописи» Контоглу пишет: «Древние иконописцы иногда рисовали в притворе церквей этих мудрых греков, потому что они предвидели устроение Христова Воплощения».

Слева направо: Аристотель (384–322 гг. до н. э.), Сивилла (девственная пророчица) и Платон (около 428–348 гг. до н. э.). Роспись стен Бачковского монастыря в Болгарии, ок. 1640.

Иероглифы печати времён династии Шан-Инь, ок. XI века до н.э.

Иероглифы печати времён династии Восточной Чжоу, ок. 422 до нашей эры
« Последнее редактирование: 28.04.2019, 17:46:46 от Даниил Хосейни »

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #84 : 09.02.2019, 18:47:12 »
Моё примечание к переводам цитат авторитетных писателей.
Часто получается найти цитаты на сайтах в интернете. Большая благодарность за то работникам сайта www.azbyka.ru . Да окажет им Господь великую милость за то, что они бесплатно публикуют ценные труды, которых часто нельзя найти бесплатно на англоязычном интернете. Это также значительно облегчает работу. Если же некоторые цитаты не удастся найти, то я буду пояснять что это не дословная цитата, а мой перевод. Если же кто-нибудь из вас найдёт дословную цитату на интернете, то буду рад если вы её приведёте посредством личной переписки (а можно и здесь публично, если так предпочитаете). Укажите тогда ссылку на книгу или гиперссылку, если имеется. И я исправлю цитату. Заранее спаси вас Господи за помощь!

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #85 : 15.02.2019, 19:01:49 »
Примечание к китайским иероглифам.

Все иероглифы в этой книге (за исключением подписей) были созданы Ю Шань Танем на древнем Дачжуане , стиле письма времён династий Шан-Инь и Чжоу, ок. 1766-221 года до нашей эры. Иероглифы написаны в древнейшей дошедшей до нас форме - так, как Лао-Цзы написал бы их в VI веке до нашей эры.
После 221 г. до н. э. по приказу «Первого Императора» Цинь Шихуанди иероглифы печати были стандартизированы по всему Китаю, а стиль оформлен. Более ранний стиль Дачжуань, напротив, гораздо больше даёт место творчеству и свободе.

Иероглиф: «Христос Вечное Дао».

В самой древней (известной нам) форме иероглифа Дао он выглядит так и состоит из трех элементов, представляющих соответственно дорогу , человеческую голову , и ногу человека . Голова покрыта двумя перьями, которые использовались в древние времена для обозначения звания генерала, и, поэтому, он означает «вождь»; в то время как изображение стопы означает «следовать». Таким образом, древний символ Дао или Пути может быть расшифрован как «следовать за вождём по дороге».

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #86 : 15.02.2019, 20:18:42 »
Часть I. Христос Вечное Дао

Иероглиф: «Дао стало плотью» (Ин. 1:14).

Примечание к девяти эннеадам

Следующие поэмы не являются переводом «Дао-Дэ-Цзин», а скорее представляют собой совершенно новое произведение, основанное на цитатах из «Дао-Дэ-Цзин». В этих стихах мы рассмотрим Христа невинными глазами через призму интуитивного ви́дения Лао-Цзы, и в то же время представим учение Лао-Цзы в свете нового откровения. Поэтому то, что последует, можно считать «Новым Заветом Дао-Дэ-Цзин». В соответствии с целью этой работы мы пытались следовать форме и стилю «Дао-Дэ-Цзин», включая его разделение на восемьдесят одну главу, основанное 3-кратном умножении.

Здесь следует отметить, что древние китайцы придавали большое значение числу 3, видя в нём первооснову порядка; и таким образом их учения предвещали Христово откровение о мистической жизни Триединого Божества. В главе 42 «Дао-Дэ-Цзин» Лао-Цзы писал: «Три рождает всю тьму вещей». «Дао-Дэ-Цзин» состоит из  девяти частей-эннеад, в каждой из которых по девять глав; каждая эннеада состоит, таким образом, из трёх частей по три. В следующей части мы подробно остановимся на этой структуре.

Чтобы раскрыть тайны Лао-Цзы, мы воспользовались учением и прозрениями Жи-минь Шеня, записанными о. Серафимом в его лекционных заметках на уроках у Жи-миня по «Дао-Дэ-Цзин». Затем, привнося мудрость Лао-Цзы в новое измерение, мы обильно почерпнём из восточно-христианских писаний, охватывающих почти два тысячелетия. Эти источники включены в примечания в конце этой книги вместе с комментариями к девяти эннеадам.
 
Цитируя «Дао-Дэ-Цзин», мы опирались, прежде всего, на до этого неопубликованный частичный перевод Жи-миня и о. Серафима, который мы посчитали наиболее проницательными; но мы также сослались на множество других переводов и на оригинальный китайский текст.

В Китае в конце 1920-х годов постепенно сформировалась группа художников, которые работали в факультете Академии художеств Университета Фу-Жень в Пекине. В то время руководителем академии был Чэнь Иянь-ду, художник с классическим образованием, известный во всём Китае. Несмотря на то, что он не был христианином, Чэнь Иянь-ду предпринял изучение Евангелий с целью создания из них сцен живописи. Со временем к нему присоединились его ученики Лу Хунг-ньен, Вань Су-та, Суй Цзи-хуа, Вань Су-да, маньчжурский принц Пу Су-цзы и другие.

В живописных сценах из жизни Христа группа художников работала в стиле традиционной китайской живописи, с традиционной символикой и композициями. Картины были написаны на шёлке, часто в ярких, радостных тонах, типичных для китайских народных картин. Постепенно эти художники уверовали во Христа, и в середине 1930-х годов они были крещены. Чэнь Иянь-ду выбрал Луку в качестве своего христианского имени, поскольку, согласно древней традиции, апостол Лука был первым иконописцем и потому покровителем художников. Лу Хунг-ниен принял христианское имя Иоанна. Как и их учитель, он и Ван Су-та стали широко известны в Китае.

Все иллюстрации в части I (за исключением картины, изображенной на стр. 55) принадлежат этой группе художников, они воспроизведены из книги «Жизнь Христа глазами китайских художников» (Вестминстер, 1938 г.).
(Часть I уже переведена)

« Последнее редактирование: 23.03.2019, 17:43:17 от Даниил Хосейни »

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #87 : 15.02.2019, 21:30:07 »
Часть II. Раскрывающееся откровение Дао в истории человечества

Иероглиф «Шан-ди», самое древнее китайское имя Бога, найденное в самых ранних сохранившихся писаниях, появившихся в предыстории Китая, ок. 2300 г. до н.э.

Глава первая: Уход с пути

1. Первозданная простота
В начале человек был создан в состоянии первозданной простоты, чистого сознания. Его мысли и воспоминания не были такими разнообразными и раздробленными, как сегодня, но были простыми и однонаправленными. Он не знал умственного отвлечения. Будучи мудрее любого современного человека, он находился в состоянии невинности, как ребёнок, и в этом состоянии он жил в глубоком личном общении с Богом Дао / Логосом и со всем остальным творением, поддерживая духовную беседу с ними.

Находясь в таком тесном общении с Богом, превобытный человек непосредственно участвовал в Нетварной Божьей Энергии, которую он ощущал как Божественный и невыразимый Свет, наполнявший всё его существо. Он был как бы одет в этот Свет.

Первобытный человек обладал самосознанием; то есть он сознавал своё «я», и что он уникальное творение, наделённое свободой воли. «Созданный по образу Божьему», он обладал бессмертным духом, который мог вечно приближаться к своему Творцу. Всё это давало ему особое осознание личности.

Однако, в отличие от сегодняшних людей, у него не было чувства индивидуальности. Под этим мы подразумеваем, что он не жил в иллюзии, что, будучи уникальным человеком, он был самодостаточен в себе самом. Обладая свободой, у него не было ложного ощущения, что он свободен от всего и ни от чего не зависим. Он не осознавал себя отдельным, изолированным «я», но держался Бога в общении любви и в любви объединял всё творение с самим собой. Поскольку у него не было разнообразных мыслей, а только простое, чистое сознание, он не отождествлял себя с такими мыслями как у нас сегодня. И поскольку он не был отвлечён и порабощён своими чувствами, он не отождествлял себя со своим физическим телом, в отличии от нас. Таким образом, ввиду всех этих причин мы можем сказать, что, будучи человеком, наделённым самосознанием, он был по-настоящему неэгоистичным.

Когда он всё ещё находился в состоянии первозданной простоты, человек всегда действовал в соответствии с природой: как в соответствии со своей собственной человеческой природой (или человеческой сущностью), так и с общей природой всего творения. Это то же самое, что сказать, что он действовал только в соответствии с упорядочивающим, направляющим Принципом всей природы: Дао / Логосом. Его воля, созданная Богом, следовала Дао во всем - не по необходимости, как это делали другие создания, но свободно, по любви. Свобода воли сделала его уникальным среди всех существ, хотя и не отделённым от них. Это качество свободы не только создало возможность его уникальной человеческой личности; это было также частью того, что сделало его «по образу Божьему».

Как Бог свободен, так и человек свободен. Но между Богом и человеком оставалась принципиальная разница. Бог вполне самодостаточен в Себе: самосуществующий, неограниченный, необусловленный, ни в чем не нуждающийся. Он абсолютная Возможность. С другой стороны, человек обусловлен тем фактом, что он был приведён в бытие не самим собой. Его самое поминутное существование - не только его творение - зависит от Бога. Характер его существования определяется его собственной Богом данной человеческой природой и общей природой созданного порядка, частью которого он является. Он обладает способностью свободно выбирать свои действия в рамках этого определённого, обусловленного существования. Если он решит действовать в соответствии с природой и, таким образом, в соответствии с Дао, управляющим природой, то всё пойдёт хорошо. Но если он не будет действовать естественным образом, то нарушит гармонию как с Дао, так и с природой и, таким образом, вступит в противоречие с тем, что определяет само его существование.

Пока человек в своём самосознании смиренно осознаёт, что он не существует сам по себе, что сам по себе он вообще ничто, он будет делать то, что для него естественно. Он будет делать это свободно и в то же время автоматически - то есть непроизвольно, потому что его «свободная воля» будет естественно соответствовать природе, без необходимости останавливаться и обдумывать что-то.

Однако, когда человек начинает питать иллюзию самодостаточности, он становится «я» в современном смысле этого слова: человеком, желающим вещи для себя и противопоставляющим себя другим.

Если такое было возможным следствием человеческой свободы, то почему Бог допустил это? Это было для того, чтобы дать место любви. Любовь должна быть дана свободно; она не может существовать без свободы. Если бы Бог не наделил человеческую сущность этим качеством, мир был бы холодным, безличным, полностью запрограммированным пространством.

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #88 : 23.02.2019, 15:38:59 »
2. Первичное отступление

Когда человек, ошибочно использовав свою свободную волю, впервые отошёл от Пути (Дао), он испортил свою первозданную простоту и стал раздробленным. Обнажив себя от первозданной славы, от одеяния Нетварного Света, которое покрывало его, он теперь оказался «нагим» (Бытие 3: 7). Его духовное разложение и смерть сделали его подверженным физическому разложению и смерти.

«После его преступления», - пишет святой Макарий Египетский († 390 г.), – «мысли человека стали низкими и плотскими, а простота и доброта его ума были переплетены со злыми мирскими заботами» . Его воля разделилась. Теперь его «естественная воля», которая осталась склонной следовать Пути во всём, стала настроенной против его «свободной воли», которая теперь склонна отступать от Пути.

До своего изначального ухода с Пути человек испытывал только то, что было для него естественным. Теперь, однако, он также стал испытывал то, что было неестественным для него. Таким образом он самовольно узурпировал «познание добра и зла», разрушив первозданную простоту и привнеся двойственность в мир.

Раньше человек был непроизвольным, как ребёнок. На каждом шагу он свободно, не задумываясь, выбирал действовать в соответствии с природой, в соответствии с Путём. Однако теперь на каждом шагу он должен останавливаться и думать, продумывать: «Должен ли я следовать Пути или нет?» Таким образом, он стал сложным существом, внутренне разделённым и всегда колеблющимся.

Только Бог существует сам по себе. Когда человек начал впадать в иллюзию самосуществования, он по сути делал из себя маленького бога. В этом и была суть первой ловушки, в которую он попал: «Зная добро и зло, вы будете как боги».

Человек был создан чтобы в (состоянии) своей простой и несложной природы восходить в умственном созерцании простого и несложного Бога; восходить в любви и объединить всё творение с самим собой в любви, вознося и его к Творцу. Однако вместо того, чтобы внимать Пути, он решил внимать тому, что было проще и ближе: своему собственному видимому «я». Вместо того, чтобы восходить с Богом, он влюбился в самого себя.

Человек был предназначен находить удовольствие в своём безграничном восхождении к Богу и любовном общении с Ним, Источником всех вещей. Но, влюбившись в себя, он начал больше искать удовольствия от того, что было ему ближе: от своего тела и его чувств. Всё зло в мире можно свести к этим двум вещам: любви к себе и любви к чувственным наслаждениям.

Человек был создан, чтобы желать Бога, несозданного Источника его радости. Но, влюбившись в себя, он вместо этого начал желать сотворённых вещей.

Из-за всего этого Бог позволил страданиям войти в мир. Он сделал это не из мести, но из любви к человеку, чтобы через страдания, возникающие из-за любви к себе, чувственного наслаждения и, как следствие, стремления к сотворённым вещам, человек смог бы прозреть и видеть сквозь иллюзию своей самодостаточности и вернуться к своему подлинному предназначению: к состоянию первозданной простоты и общения с Путём.
Ссылка на поучения св. Макария Великого († 390 г.) https://azbyka.ru/otechnik/prochee/dobrotoljubie_tom_1/7

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #89 : 23.02.2019, 18:44:07 »
3. Знание Бога в ранних исторических культурах

После своего изначального ухода с Пути, человек в целом был всё же более простым и невинным, ближе к Богу и природе, чем он сегодня. Поэтому его знание о Боге было более чистым. Это подтверждается документами, которые дошли до нас от самых ранних периодов древних цивилизаций. Например, религия первой династии Египта была намного чище, чем формы многобожия, возникшие в период более поздних династий. Мирча Элиаде пишет: «Удивительно, что самая ранняя известная нам египетская космогония также является самой философской. [Верховный бог] Птах создаёт своим умом (своим «сердцем») и своим словом (своим «языком»)... Короче говоря, теогония и космогония заключаются в творческой силе мысли и слова единого Бога. У нас здесь, безусловно, высшее выражение египетской метафизической спекуляции (умозрительных рассуждений)... Именно в начале египетской истории мы находим учение, которое можно сравнить с христианским богословием Логоса».

То же самое относится и к первобытному периоду китайской цивилизации. Самая старая книга китайской истории Шу Цзинь (Книга документов) рассказывает о том, что во время первой династии Китая Ся (около 2300-1700 гг. до н.э.) люди верили в единого верховного Бога, Которого они называли Шан-ди . «Шан» означает «над», «выше (чем)», а «ди» означает «правитель» или «господин». «На данный момент», – пишет историк Джон Росс, – «на самом пороге того, что китайские критики принимают за начало своей подлинной истории, имя Бога и другие религиозные факты предстают во всей своей полноте. Мы вынуждены сделать вывод, что имя и связанные с ним религиозные обряды совпадают с (временем) существованием самого народа Китая.

«Поэтому очевидно, что вера в существование единого Верховного Правителя является одной из самых ранних верований китайцев, известных нам. О более ранней дате, когда такой веры не было или когда существовала вера в многобожие, мы не находим никаких следов. Нигде нет ни единого намёка на подтверждение материалистической теории о том, что идея Бога является более поздним эволюционным продуктом предшествовавшей веры в призраков или умерших предков или что эта вера возникла косвенно из какого-то другого подобного источника ».

Во время следующей династии Шан (ок. 1700–1100 гг. до н.э.) верховное Божество чаще называли именем Тянь - что означает «Небо» - хотя имя «Шан-ди» продолжало быть в употреблении взаимозаменяемо с ним, иногда рядом друг с другом. Император Китая должен был обладать так называемым «мандатом (спектром полномочий) Неба» или «мандатом Шан-ди», который он заслуживал живя и правя праведно. Если же он когда-нибудь перестанет править согласно Небесному Пути, он потеряет мандат и лишится власти. Это понимание правления оставалось неизменным в Китае до начала XX века.

Ма Линь (ок. 1180–1256), портреты императора Яо (слева) и императора Юй из династии Ся. Император Яо правил Китаем вместе со своим совместным правителем Шунем в XXIII веке до нашей эры. Шу Цзин повествует об императоре Шуне: «Он приносил жертвы Шан-ди». Шунь назначил Юя своим преемником в 2205 году до нашей эры. Именно подобных им древних мудрецов-царей, (живших) на заре китайской истории, Лао-Цзы называл «мельчайшими, сокровенными, неуловимыми и проницательными» в 15-й главе Дао-Дэ-Цзин.

В самой древней китайской литературной книге «Ши-цзин» («книга песен»), датируемой серединой династии Чжоу (800–600 гг. до н.э.) мы находим такие фразы:

«Этот Вэнь-ван был наш царь Просвещённый, и он
Сердцем внимателен был и исполнен забот.
Вышнему неба владыке со славой служил,
Много от неба он принял и благ, и щедрот.
Доблесть души и достоинство в нём без пятна:!
Царство над миром он принял и с ним его род».

«Воля от неба на землю тогда снизошла —
Волею неба и стал на престоле Вэнь-ван:
...
Небо тебя сохранит и поможет тебе —
Небу покорный, пойдёшь на великое Шан!».
...
Спесивый и гордый доволен и рад,
Трудом изнуренный — печалью объят.
О синее, синее небо вдали,
Взгляни на спесивых и гордых земли,
Трудом изнуренных печаль утоли!

Из всех первоначальных народов, кроме евреев, китайцы - вместе со своими расовыми кузенами, коренными жителями Северной Америки, - сохранили чистейшее понимание единого Бога, Верховного Существа. Тем не менее, даже во времена первой и второй династий в Китае большая часть первоначального знания человека о Боге была утрачена из-за первичного отступления. Небо, хотя оно руководило и правило делами людей, часто воспринималось как больно далёкое; в Ши-цзине его часто называют «далёким Небом». Только Императоры имели право приносить жертвы Шан-ди / Небу, но даже они часто сетовали на то, что «на Небо трудно положиться». Чжоу-гун (XI в. до н.э.) зашел так далеко, что сказал: «Нельзя полагаться на Небо».

В древнем Китае, как и в других первоначальных культурах, мы наблюдаем постепенный переход от простоты к сложности, поскольку последствия изначального падения от первозданной простоты стали более глубоко укореняться в природе человека. Человек уже не просто спрашивал: «Должен ли я следовать Пути Неба или нет?» Теперь он спрашивал: «что такое Путь?»

Становясь всё более далёкими от Творца, древние китайцы искали низших божеств: духов своих предков, богов охоты и земледелия, духов неба, земли, солнца, луны, ветра и т. п. В поисках воли Неба они часто прибегали к гаданию: нагревали панцирь черепахи до тех пор, пока он не расколется, а затем истолковывали сообщение, заключённое в трещинах. Археологи обнаружили тысячи таких панцирей черепах, которые использовались при императорских гаданиях, начиная с династии Шан. Из надписей на них видно, что императоры никогда не обращались к далёкому и страшному Шан-ди / Небу прямо через оракулов, а только призывали духов своих предков в качестве посредников.

Шли столетия, и первоначальный монотеизм Китая затмевался. Однако поскольку китайская культура так сильно основана на преданиях, то древняя религия никогда не могла полностью исчезнуть. Прежде всего она сохранялась в государственном богослужении. Император продолжал приносить Великое Жертвоприношение Шан-ди два раза в год во время зимнего и летнего солнцестояний, в соответствии с древним обычаем. Эта практика распространилась на современность и закончилась только с падением маньчжуров в 1911 году.

Даже в представлении людей древний монотеизм не мог быть полностью уничтожен. Для жителей Запада малоизвестен факт, что в Китае и на Тайване даже сегодня остатки первоначальной китайской религии обнаруживаются в даосских и буддийских храмах. Когда люди приходят в эти храмы, они кадят ладаном и молятся Шан-ди в особом месте в притворе, и только тогда они входят в основную часть храма.

Надписи на костях оракула времён династии Шан, ок. 1700–1500 гг. до н.э.

Тем не менее, следует признать, что большая часть китайской религии опустилась к многобожию на протяжении веков, и что поклонение единому Богу Шан-ди было омрачено пантеонами божеств разного ранга.

То же самое произошло бы и в древнееврейской культуре, как это произошло в Китае - и много раз в еврейской истории это почти случалось - но Бог через Пророков постоянно призывал этих людей вернуться к поклонению Его одного. Он вмешивался таким образом, потому что именно из еврейской расы Он должен был однажды принять плоть и открыть миру абсолютную тайну Своего Существа.

Одно из древнейших известных изображений Конфуция: гравюра на камне, выполненная по образцу картины Ву Тао Цзы, VIII век н.э. Считается, что человек справа это Цзен-цзы, один из учеников Конфуция. В древние времена ученик ходил на несколько шагов позади своего учителя, чтобы показать своё уважение.

Конфуций в гостях у Лао-Цзы. Легенды их встречи были записаны Чжуан-цзы (III столетие до н.э.) и Ссу-ма Чиэнь (II столетие до н.э.).
« Последнее редактирование: 12.03.2019, 13:11:37 от Даниил Хосейни »

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #90 : 02.03.2019, 16:25:56 »
Глава вторая: В поисках Пути Возвращения

4. Лао Цзы и Конфуций

Когда Лао-Цзы и Конфуций появились на свет в VI веке до нашей эры, религия Китая — несмотря на то, что она по-прежнему была по сути монотеистической и более возвышенной чем религии других культур, таких как греческой и римской, - была значительно удалена от первозданной простоты. И Лао-Цзы и Конфуций взирали назад к тому времени, когда люди были ближе к Небу и природе. Ибо, как и большинство древних культур, китайцы сохранили память о времени в смутной древности, о «золотом веке», когда человек пребывал в своём чистом состоянии. Лао-Цзы писал:

В древности, искусные в постижении Дао проникали в мельчайшее, в неуловимое, в сокровенное.

Картина Конфуция, написанная принцем Хо Слюо Куо в 1735 году. Наверху изображены китайские иероглифы древней письменности: «Конфуций, Мудрец и Учитель».

Конфуций изучает музыку древних, чтобы понять их жизнь. Рисунок Ку Кай Ци.

Чтобы вернуться в то время, когда человек был ближе к Небу, Конфуций изучал древних классиков, пытаясь раскрыть знания древних и верно передать их предания последующим поколениям. Он надеялся, что, осуществив возврат к обычаям и обрядам прежних времён, он сможет осуществить радикальную реформу в коррумпированном правительстве поздней династии Чжоу. В конце своей жизни он почувствовал, что не достиг своей цели. Было нечто, чем обладали древние, и что он не мог получить простым изучением. Он видел, что Великая Жертва Небу была испорчена и её значение утрачено. И он сказал: « Я не хочу смотреть большую церемонию, после того как земля полита вином». «Кто-то спросил о большой церемонии. Учитель ответил: «Не знаю». И, указывая на свою ладонь, сказал: «Тому, кто знает её сущность, легко управлять Поднебесной». (Аналекты Конфуция 3:10-11 http://librebook.me/analects )

Лао-Цзы, хотя он также хорошо разбирался в классике (традиция гласит, что он был хранителем Императорских архивов), выбрал путь, очень отличающийся от пути Конфуция. Чтобы вернуться в состояние, когда человек был ближе к Небу, он встал на путь прямой интуиции.

Лао-Цзы стремился вернуться не просто к первичному периоду китайской истории, поскольку это было сравнительно позже в истории человечества начиная со времени великого Потопа в XXIV веке до нашей эры (Самые древние китайские исторические документы говорят о великом потопе, произошедшем в XXIV веке до нашей эры, в то же самое время, когда оно произошло согласно библейской хронологии). По сути он стремился вернуться к состоянию, в котором человек был создан, прежде чем он покинул Путь:

Знать Первозданное Начало –
Вот что такое основа и нить Пути.

Лао-Цзы знал, что в своём первобытном состоянии человек находился в состоянии нерасчленённого сознания, прямого восприятия Реальности. Он назвал это «первозданной простотой», «девственным древом*», «возвращением к младенчеству».

Картина и скульптура времён династии Сун (ок. 960–1279) изображает Лао-Цзы покидающим мир на буйволе. Каллиграфическая надпись: «Лао-Цзы».

В Дао-Дэ-Цзин есть указания на то, как Лао-Цзы пытался вернуться в это состояние. Например, в одном месте он говорит «завали свои дыры, затвори свои ворота [чувств]» и «дойди в пустоте до предела, блюди покой со всем тщанием», что означает закрыть глаза и дать своему духовному сознанию или «высшему уму» подняться над множеством размышлений, образов и понятий в голове. Таким образом, Лао-Цзы мог отстраниться от своих мыслей и взглянуть на них объективно, осознав, что его мысли это не он.

Большинство людей отождествляют себя со своими мыслями. Когда появляются мысли, они полагают, что эти мысли это они, что вся полнота их мыслей, воспоминаний и соответствующих чувств составляет всю полноту их личности. Но мысли, как понял Лао-Цзы, - это лишь фрагменты, проносящиеся через ум. Сами по себе они не реальны.

Погрузившись в свои мысли, люди становятся жертвами навязчивого мышления: привычных шаблонов мышления, отождествляющихся с определёнными чувствами. Находя свою идентичность в этих шаблонах мышления, они забывают, кто они на самом деле, что они бессмертные духи. Потеряв из виду единую, бессмертную человеческую природу, являющейся общей для всех, они оказываются в ловушке своей индивидуальности и вожделений своей ложной идентичности.

Лао-Цзы, поднявшись над навязчивым мышлением и вожделением сотворённых вещей, смог узреть общую природу всего человечества. Он больше не чувствовал необходимости утверждать свою индивидуальность или бороться с другими за права и привилегии. Таким образом, сохраняя осознание себя как бессмертного духа, он стал неэгоистичным. Это видно из нескольких отрывков из Дао-Дэ-Цзин:

Мудрец не имеет постоянной воли.

Его воля — воля людей.
Кто берёт на себя грязь царства,
Может быть господином его алтарей.
Человек высшей Благости подобен воде.
В жилище он ценит землю.
В сердце ценит глубину,
В союзе ценит гуманность,
В словах ценит искренность.
Есть у меня три сокровища, я бережно их храню:
Первое – это любовь,
Второе – бережливость,
Третье – нежелание быть первым в мире.
Благодаря любви я могу быть отважен.
Благодаря бережливости, я могу быть щедр.
Благодаря нежеланию быть первым, я могу главенствовать в мире.

Найдя единую, общую для всех людей природу, Лао-Цзы смог одинаково относиться ко всем людям:

Для добрых я добр.
Для недобрых я тоже добр.
И так достигаю добра.
Искренним я верю.
Неискренним я верю тоже.
И так достигаю искренности.

Но в Дао-Дэ-Цзин есть нечто ещё более высокое и благородное, чем это. Лао-Цзы пришёл к пониманию воздаяния добром за зло:

Действуй недеянием.
Совершай дела недеянием.
Осязай то, что не имеет запаха.
Находи большое в маленьком
И многое в малом.
И на зло воздавай Благостью.

Как отмечает знаменитый синолог Джеймс Ледж: «Убеждение воздаяния добром за зло было новым в Китае и возникло у Лао-Цзы... Кто-то из школы Конфуция услышал это правило и, озадаченный этим, обратился к Конфуцию. К сожалению, мудрец не смог принять это. Он ответил: «Что же тогда ты воздашь за добро? Возмести ущерб справедливостью и воздай добром за добро».

«Конфуцию можно воздать должное за то, что он первым в Китае провозгласил золотое правило»: «Не делай другим того», - сказал он, - «чего не хочешь себе»». Это представляет собой совершенство естественной человеческой добродетели, которую превосходно воплотил Конфуций. Но более высокий, Божественный закон любить даже врагов и гонителей можно постичь только найдя первозданный образ человеческой природы, как это сделал Лао-Цзы. Следовательно, это был Лао-Цзы, а не Конфуций, кто пришёл к этому.

Если извлечь сущность учения Лао-Цзы о человеческом поведении, то можно сказать, что человек должен поступать так, как является естественным. Однако, чтобы быть естественным, нужно сначала найти первозданную природу человека. Действуя в соответствии с этой природой, человек действует в соответствии с Дао. (В этом состоянии) Человеку больше не приходится выбирать всё время, но он является совершенно спонтанным. Будучи спонтанным, можно забыть себя и отдать себя во благо другим. Человек будет делать то, что правильно, не только не думая об этом, но даже не зная об этом! Таково состояние первозданной простоты до того, как человек узурпировал познание добра и зла. Лао-Цзы сказал:

Высшая добродетель не сознаёт свою добродетельность,
Вот почему она добродетельна.
Низшая добродетель сознаёт свою добродетельность,
Вот почему она не добродетельна.

*Примечание. В английском тексте тут стоит выражение, которое дословно можно перевести как "необработанная глыба". Я же посчитал разумным воспользоваться тут переводом Лисевича и перевести это как "девственное древо".
« Последнее редактирование: 28.04.2019, 20:05:07 от Даниил Хосейни »

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #91 : 02.03.2019, 17:40:24 »
5. Дао

Из свидетельства Дао-Дэ-Цзин ясно, что Лао-Цзы был в некоторой степени способен вернуться в состояние девственного древа, в котором человек жил до своего ухода от Дао. Посредством развития объективного сознания он достиг интуитивного восприятия, аналогичного восприятию первобытного человека. «Воспользуйся свечением (куанг)», –  сказал он, – «чтобы вернуться к светочу (минг)». То есть, используя естественный свет человеческого духа, вернись к нерасчленённому сознанию, непосредственному восприятию Реальности. В другом месте он говорит о «сокрытом преемствовании просветленности».

«Тот, кто знает свою природу», – сказал Мен-цзы, – «знает и Небо». Так было в случае с Лао-Цзы. Претворяя общую для всех человеческую природу, он достиг интуитивного познания Божественного. Интуитивно осознав присутствие управляющего Принципа во всём творении, он также осознал внутренние принципы сотворённых вещей: «идеи» вещей, которые должны существовать до (появления) самих вещей. «Когда достигнута мать», – писал он, – «познаёшь и её детей».

Жи-минь Шень объясняет далее:

«Порядок естественен и обязательно требует руководящего принципа, поскольку немыслимо чтобы порядок производился самими упорядочеваемыми людьми. Если бы не было руководящего принципа, как могли быть пропорция, симметрия и адаптация одной вещи к другой? Следовательно, должна быть организующая сила, которая упорядочивает -  например, времена года. Принцип времён года, от которого времена года идут упорядоченно и непрерывно, должен существовать до (появления) самих времён года. Следовательно, основополагающий принцип имеет первостепенное значение, и именно это Лао-Цзы называет Дао...

«Согласно китайской даосской философии, Дао или Единый предшествует всем вещам, и от Дао или Единого все вещи получают свой порядок. Поэтому мы можем сказать, что Дао или Единый... производит всё».

Знание об этом Принципе-Создателе, конечно же, не возникло с Лао-Цзы. Китайские мудрецы до него, а также философы Греции и других культур говорили об одной и той же Первопричине. Никто, однако, не описал это на языке человеческих понятий так хорошо, как Лао-Цзы в «Дао-Дэ-Цзин». Самым большим достижением этого человека, который так ценил нестяжательность, было то, что он приблизился, как никто другой в человеческой истории, к постижению Непостижимого Дао без помощи особого откровения.

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #92 : 02.03.2019, 18:48:53 »
6. Таинственное Дэ

Лао-Цзы не знал и не мог достичь посредством одной только интуиции состояния тесного личного единения с Дао, которым наслаждался первый человек, когда он был полностью погружён в Нетварную Энергию, будучи облачённым в неё, как в одеяние Света. Тем не менее, Лао-Цзы испытал и был приобщён к этой Энергии (или Свету), воздействующей на него и на весь мир. Он назвал это «Сокровенной Силой» (Дэ ) Дао*:

Дао рождает их, Дэ взращивает,
Вот почему все вещи почитают Дао и ценят Дэ.
Дао почитают и Дэ ценят не по приказу:
Так всегда происходит само собой;

Иероглиф «Сокровенное Дэ» (Дао-Дэ-Цзин, гл. 10, 51, 65).

Всё рождает и ничем не обладает.
Всему поспешествует, а не ищет в том опоры,
Всех старше, а ничем не повелевает:
Вот что зовётся сокровенным Дэ.

Дэ, говорит Жи-минь Шень, является «реализующим принципом» и «принципом проявления» Дао. Первичная Сущность Дао не может быть постигнута, но можно иметь опыт Дао через проявление его Силы или Дэ. Учение Жи-Миня относительно Дэ соответствует учению других китайских комментаторов Дао-Дэ-Цзин. Учёный-классик Йен Лин-фэн пишет: «Дэ есть проявление Пути. Дао - это то, что содержится в Дэ. Без Дао у Дэ не было бы силы. Без Дэ у Дао не было бы проявления». Автор XIII века У Чэн, комментируя главу 51 книги Лао-Цзы, утверждает, что Дэ Божественен и Несотворён, как и сам Дао: «Дао и Де упоминаются в начале этой главы, но только Дао упоминается позже. Это потому что Дэ - это тоже Дао».

Слово Дэ - в тех местах, где Лао-Цзы его использует, говоря о Нетварной Силе Дао, - соответствует английскому слову «Благодать». Как утверждает великий русский святой Серафим Саровский, дохристианские богоискатели, такие как Лао-Цзы, знали, что значит пестовать в себе эту Благодать. У них было, говорит он, «ясное и разумное понимание того, как Господь Бог Дух Святой действует в человеке и как именно и по каким наружным и внутренним ощущениям можно удостовериться, что это действует Господь Бог Дух Святой, а не прелесть вражеская». Это понимание встречается в нескольких местах Дао-Дэ-Цзин. Здесь мы перевели Дэ как «Благодать».

Пестуй это в своём теле —
и Благость [в тебе] обретёт истинность.
Посему, посвятивший себя Пути –
Соединится с Путём
Благодатный
С Благодатью соединится.
Когда же сделаешься руслом мира
Вечная Благодать тебя не покинет,
И снова вернёшься в младенчество.

Примечание автора. Это то же самое Дэ, что можно найти в названии книги Лао-Цзы «Дао-Дэ-Цзин», которую Артур Уэйли перевёл как «Книга Пути и его Силы». Чаще всего это переводится как «добродетель», потому что когда речь идёт о человеческом дэ, это примерно соответствует латинскому «virtu». Однако, когда Лао-Цзы говорит конкретно о Дао, то Дэ лучше переводить как «Сила» или «Благодать», как мы покажем далее.
« Последнее редактирование: 28.04.2019, 20:16:10 от Даниил Хосейни »

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #93 : 08.03.2019, 21:35:02 »
7. Единство Дао

Первым качеством Дао, которое обнаружил Лао-Цзы, было его единство. Он написал:

Из тех, кто в древности обрел Единое:
Небо, обретя Единое, стало чистым;
Земля, обретя Единое, стала покойной;
Духи, обретя Единое, стали божественными;
Долины, обретя Единое, стали полны;
Вся тьма вещей, обретя Единое, живёт...

Осознание единства Дао вытекает из того факта, что он есть и должен быть без равного себе, вне всяких ограничений. Жи-Минь Шень объясняет:

«Давайте теперь посмотрим на реальное существование вечного и бесконечного Бытия, которое выходит за пределы пространства и времени и безгранично по своей природе. Какой может быть природа такого существования? С точки зрения отсутствия ограничений, он полностью независим, то есть абсолютен. «Абсолютен» означает, что он не соотносителен ни с чем и самодостаточен».

Лао-Цзы был не первым, кто пришёл к осознанию Единого Абсолюта. Мы находим такое же понимание, например, у досократического греческого философа Парменида. Что было нового у Лао-Цзы - или, по крайней мере, более развито, чем у любого философа до него, - это метафизическое понимание того, что Дао, Создатель и Промыслитель Вселенной, совершенно неэгоистичен.

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #94 : 09.03.2019, 13:47:10 »
8. «Пустота»

Много раз в «Дао-Дэ-Цзин» Лао-Цзы говорит о «ничто» или «пустоте» (ву ) в связи с Дао. Современные западные, а также некоторые китайские толкователи сделали ошибку, предположив, что Дао - это пустота или небытие. Этому заблуждению способствовали мистики и метафизики, которые через медитацию (а на современном Западе даже через галлюциногенные наркотики) мельком испытали небытие, из которого они были призваны в бытие своим Творцом. Поскольку это небытие вечно, люди пришли к выводу, что оно и есть Дао, Абсолют или Бог. Однако, как ясно показывает Жи-минь Шень, небытие не следует отождествлять с Дао.

«Толкование «пустоты» в философии Лао-Цзы современными китайскими учёными часто относится к одной из двух крайностей. Некоторые воспринимают это как нигилизм, а некоторые истолковывают это в плане бытия... Фунг Ю-лан является примером второго (толкования). В своей книге «История китайской философии» он рассматривает частное или индивидуальное как бытие, а универсальное, - как метафизическое Единое или Дао, - как небытие... Однако эта интерпретация далека от реального смысла пустоты у Лао-Цзы. Ибо, хотя Дао бесконечно и неопределимо... оно остаётся в сфере существования с конкретными вещами. Мы можем сказать, что Дао, или метафизическое Единое, является бесконечной или всеобъемлющей первоосновой. Однако, несмотря на тот факт, что мы не можем дать ему определённое конкретное имя, всеобъемлющая первооснова существует, и, следовательно, не несёт смысл пустоты».

Жи-минь замечает, что, хотя пустота не есть Дао, она (тем не менее) в природе или сущности Дао:

«Природа Бытия характеризуется как пустота, потому что Бытие абсолютно совершенно, не нуждается ни в чём, не осознаёт никакой нужды. Именно поэтому первооснова пустоты в философии Лао-Цзы безымянна».

«Истинное значение «пустоты» или небытия основано на спонтанности (непроизвольности)... Спонтанность - это природа бытия; полное развитие спонтанности приводит к забывчивости; забывчивость порождает чувство небытия».

Другими словами, поскольку Дао является самосуществующим, самодостаточным и не осознающим никаких нужд, он может творить, давать и поддерживать жизнь и в то же время не искать ничего для себя нужного. Как говорит Жи-минь Шень, Дао «забывает себя и своё существование», будучи совершенно непроизвольным и бескорыстным. В главе 34 Дао-Дэ-Цзин мы читаем:

Великое Дао разлито повсюду...
Всё сущее произрастает на нём безотрывно.
Оно свершает деяния, себе не присваивая,
Любит и пестует сущее, не называя себя хозяином.
Вечно лишённый желаний – его можно назвать малым.
Когда же всё сущее к нему возвращается,
Хотя он никогда не считает себя хозяином, его можно назвать великим.

Познал ли Лао-Цзы сначала бескорыстность Дао, а затем предпринял уподобить свою собственную жизнь по образу Пути Неба? Или он сначала достиг определённого уровня бескорыстности, что позволило ему объективно увидеть Реальность, и (исходя) из этой ясности прозрения начал говорить о бескорыстности Дао? Этого мы не можем сказать, но из Дао-Дэ-Цзин ясно одно: Лао-Цзы видел самоотверженность, самозабвенность и непроизвольность первобытного человека как образ и отражение самого Дао-Творца. В этом смысле, как и в других, человек был создан по образу Божию.
« Последнее редактирование: 23.03.2019, 17:33:42 от Даниил Хосейни »

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #95 : 09.03.2019, 15:34:01 »
9. Благость Дао

Лао-Цзы, таким образом, пришёл к двум великим утверждениям относительно Абсолютного Бытия: его единству и его самоотверженности. Однако из одного только этого осознания он не мог полностью осознать другой первичный онтологический факт Дао: тот факт, что Дао - это Личность.
Это правда, что Лао-Цзы подошёл к этому пониманию, поскольку, наблюдая Дао в природе, он видел действия, характеризующиеся доброжелательностью, как действия человека:

Путь рождает все вещи,
Сила Пути взращивает,
Они вынашивают их и вскармливают их,
Дают им вырасти, дают им созреть,
Пестуют их, оберегают их.

В другом месте Лао-Цзы писал о благости Дао:

Путь Неба – приносить пользу и ничему не вредить.

Он также сказал, что Дао, не будучи «почитателем людей» (то есть не обращая внимания на класс, расу, вероисповедание, богатство и т. д.), стоит на стороне тех, кто добр:

«Небесный Путь не выказывает пристрастия,
Но он всегда с добрым человеком».

Здесь, как и в некоторых других местах, Лао-Цзы говорит о «Дао Неба» в том же смысле, как и его современники, например Конфуций, говорили о «Небе», верховном Божестве древних китайцев*. Собственно, приведённая выше цитата из Дао-Дэ-Цзин можно найти в другой китайской работе, «Цзо-чжуань», которая основана на текстах, написанных столетиями раньше Лао-Цзы. В подлинной версии написано «Великое Небо», что Лао-Цзы заменил на «Дао Неба».

Фраза «Дао Неба» встречается в нескольких других местах Дао-Дэ-Цзин, например:

Не открывая окна, можешь узреть Небесный Путь.
Путь Неба: не борется, зато искусно побеждает,
Не говорит, зато ему откликаются,
Не призывает, а всё приходит само...

В другом месте Дао-Дэ-Цзин Лао-Цзы использует слово «Небо» отдельно, и из контекста ясно, что он считает его синонимом Дао. «Ши-цзин», чьи отрывки о Небе мы процитировали выше, говорит: «Небо опустило свою сеть, чтобы охватить всё»**. Лао-Цзы воспользовался этим образом и расширил его:

Небесная Сеть широка и редка,
Но из неё ничто не ускользает.
Далее, Дао-Дэ-Цзин говорит о служении, следовании и единении с Небом:

В правлении людьми и служении Небу
Нет ничего лучше, чем быть бережливым.
Ибо любовь приносит победу тому, кто нападает,
И оберегает того, кто защищается.
Когда Небо желает кого-то спасти,
Оно окружает его любовью, словно прочной стеной.
Это зовётся совершенством миролюбия...
Это зовётся «соответствием Небу», пределом древности.

В другом месте Лао-Цзы говорит:

Небо чего-то не любит – кто знает тому причину?

Для Лао-Цзы Дао, – которого он также называл Дао Неба или просто Небо, – не было полностью безличным, как утверждают некоторые недавние учёные. Можно даже сказать, что Лао-Цзы поддерживал «отношения» с Дао, так же как Конфуций поддерживал отношения с Небом. Эти «отношения» выражались в постоянном наблюдении за действиями Дао Неба и в постоянной заботе о том, чтобы жить добродетельно, в соответствии с ним, улавливая и корректируя себя (в случае) если когда-либо происходило отклонение.
*(Примечание автора) Тянь (Небо), как указание на Высшее Бытие, должно отличать от «тянь-ти» (небо и земля), что относится ко всей совокупности сотворённого порядка (вещей) и часто переводится как «природа». Для Лао-Цзы, в то время как Дао был благим, природа не была таковой в себе или сама по себе. Так, в Дао-Дэ-Цзин мы читаем: «Небо и земля не милосердны».
**Может быть это параллельно фразе «На небесах изогнутая сеть — Раскинулось созвездие Тенёт» в русском переводе?

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #96 : 09.03.2019, 17:17:16 »
10. Тайна имени «Я ЕСМЬ»

Тем не менее, хотя Лао-Цзы знал, что Дао является благим Существом, полный смысл Дао как Личностного Абсолюта - как Существа, с которым можно поддерживать общение лицом к лицу - оставался за рамками его метафизической проницательности. Опять-таки, такое уникальное откровение не могло быть постигнуто даже интуицией людей самой добродетельной жизни и очищенного ума; скорее, это должно было быть дано, и Бог предусмотрительно готовил человечество к его получению. Он раскрывал сокровенную жизнь Своего Божественного Бытия постепенно, в определённые ключевые моменты истории, потому что человечество не могло получить всё это сразу.

Сначала Бог открыл полноту Своей Личности одному из нередко угнетаемых кочевых народов, древних евреев. Он выбрал их для этого, потому что именно из их рода Он должен был воплотиться много веков спустя.

Современный русский мистический писатель, архимандрит Софроний († 1993), пишет:

«Тема наша о богопознании влечёт наш ум в глубь веков: какие моменты мы можем отметить в истории человечества, когда Бог явно давал познать Себя? Нет сомнений, что для нас, для всего христианского мира, одним из таких моментов является Синайское откровение. Там великий Моисей воспринял новое познание о Божественном Существе: «аз есмь сущий» (Исх. 3,14) — «яхве». Это чудное событие положило начало новому периоду в истории нашего мира: перед человечеством раскрылись дивные горизонты. Подпочвою исторических событий является духовное состояние людей. Видимое в них, событиях, не первично: оно есть проявление силы, заключённой в идее, в познании. Своё умное видение человек стремится творчески воплотить в жизнь. Своё временное, а в духовном плане и вечное бытие, он строит согласно со своим разумением цели и смысла своего явления в мир (см. Ин.16:21). Так созидается История.
Моисей, носитель высшей культуры современного ему Египта, не сомневался, что данное ему необычным образом откровение исходит от Того, Кто сотворил мир, — видимый и осязаемый и невидимый-умопостигаемый. Именем открывшегося ему «яхве» он привлек еврейский народ последовать за ним. Новое возвышенное познание дало ему чрезвычайное могущество. Именем «яхве» — «аз есмь» — он совершил многие дивные дела, исполнил исключительно важную миссию. Ему заслуженно принадлежит неумирающая слава возвести человечество на высоту более истинного познания о Вечном. Его вера была ещё выше колебаний: своим повелениям он приписывал достоинство исходящих свыше — все делалось во Имя и Именем открывшегося «аз есмь». Страшно Имя сие по своей силе и власти. Оно — святое, божественное. В нём выражено познание о Том, благоволению Которого обязано всё сущее в беспредельном для нас космосе. Как действие, от Бога исходящее, Имя сие заключает в себе нетварную энергию Вседержителя. «АЗ ЕСМЬ СЫЙ»: Я – персональный Абсолют и Перво-Бытие, бездна щедрот, человеколюбивый Владыка, Царь царствующих. Никого и ничего нет, что было бы прежде Меня или после Меня: Я – Безначальное Начало и Бесконечный Конец. Сие Имя – есть первый прорыв в живую вечность для человека, первый Свет познания ничем и никем не обусловленного Бытия как «АЗ ЕСМЬ», как Персоны». (Из книги "Рождение в царство непоколебимое" https://azbyka.ru/otechnik/Sofronij_Saharov/rozhdenie-v-tsarstvo-nepokolebimoe/ )
 
Икона пророка Моисея перед горящим кустом на горе Синай, где Бог говорит Моисею: «сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая». В книге Исход мы читаем, что «терновый куст горел огнём, но куст не сгорал» (Исход 3: 2, 5). Этот огонь был Энергией (Дэ) Бога, которую Моисею было дано созерцать духовными очами как Нетварный Свет. Из этого Света Бог говорил с Моисеем, открывая Ему тайну Своей Личности в святом имени Я ЕСМЬ. Эта икона начала XIII века находится в древнем православном монастыре Святой Екатерины, расположенном недалеко от того места, где Моисей получил откровение на горе Синай.

Получив это новое откровение Личностного Абсолюта, Моисей получил, хотя и временно, в своё смертное тело «одеяние Света», которым обладал первобытный человек. Ибо написано, что «сияло лице Моисеево», так что ему приходилось покрывать лицо разговаривая с сынами Израилевыми. Это откровение Нетварной Энергии (Дэ) Бога, пишет св. Макарий Великий, было «прообразом истинной славы», которая впоследствии снизойдёт на последователей воплотившегося Бога.

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #97 : 09.03.2019, 18:12:55 »
11. Парадокс личности и самоотверженности

Теперь можно спросить, почему Лао-Цзы без особого откровения, данного Моисею, не смог полностью осознать основной факт Абсолюта как Личности? Ответ на этот вопрос может быть обнаружен в уникальной комбинации фактов, с которыми Лао-Цзы уже имел дело: единство Абсолюта и его самоотверженность («пустота»). Эта комбинация не позволила ему увидеть даже возможность того, что Творец был Личностью, каким знал Его Моисей. Ибо, если Дао, или Единое, был бы просто Монадой, обитающей в вечном метафизическом одиночестве, то он не мог бы быть полностью самоотверженным и в то же время глубоко личностным.

Чтобы объяснить это, давайте проведём аналогию с человеческой личностью. Личность человека - это та неопределяемая сущность, делающая его уникальным образом именно таким человеком, а не кем-то другим*. Но за его личностью стоит как бы одна общая для всех людей человеческая сущность**. Выйдя из привязанности к своим чувствам, своим мыслям и своему видимому «я», Лао-Цзы смог познать эту общую человеческую сущность или природу; и, познав её, он смог быть самосознающей личностью, при этом оставаясь самоотверженным, заботясь о всех людях без лицеприятия.

Однако, насколько Лао-Цзы знал, Дао был один, без равных себе, разделяя свою Первичную Сущность или Природу ни с кем и ни с чем, сотворённым или несотворённым. Будучи таковым, он не мог быть самоотверженным и Личностью одновременно. Если бы Абсолют был метафизически одинок, а также и Личностью, то это был бы великий космический эгоист и деспот, что, конечно же, не было тем, что Лао-Цзы воспринимал в отношении Дао.

Другими словами, Лао-Цзы мог сказать «я есмь» и всё же быть самоотверженным, потому что он разделял свою тварную природу с другими равными себе людьми. Однако, с его точки зрения, он не мог понять, как Дао может сказать «Я ЕСМЬ» при этом также оставаться самоотверженным, если Дао не разделяет свою Нетварную Сущность с другими равными себе Лицами. Но для Дао разделять свою Сущность было невозможно в понимании Лао-Цзы, учитывая основную истину о том, что Абсолют един и не имеет себе равных.
Примечания автора:
*  На греческом языке это называется ипóстасис, что можно перевести как «личностная сущность».
**На греческом языке это уси́я, что можно перевести как «общая сущность».

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #98 : 12.03.2019, 14:14:33 »
12. Последствия неполного понимания Бога

Во времена Лао-Цзы основные факты, которые человечество в целом знало о Боге, привело к неполному пониманию Бога. Если мы совместим единство и самоотверженность Бога, мы получим безличный Абсолют. Это именно то, что произошло в Китае. Ко времени Сражающихся царств (475-221 гг. до н.э.) даже те личные качества, которые Лао-Цзы приписывал Абсолюту, больше не признавались философами. Как замечает историк даосизма Ева Вонг: «В период Воюющих царств в даосизме появилась совершенно иная концепция дао. Хотя в ≪Дао-дэ-цзин≫ дао не является ни божеством, ни духом, оно обладает благой природой. В ≪Чжуан-цзы≫ и ≪Ле-цзы≫ это качество исчезает. Даосские философы периода Воюющих царств рассматривают дао как нейтральную силу. Оно по-прежнему остаётся первоосновой всех вещей, но больше не является благой силой. Кроме того, дао уже не управляет ходом событий; всё, что должно случиться, произойдёт, и ничему нельзя ни помочь, ни помешать»*.

Эта полная деперсонализация Дао имела прямые последствия для духовной жизни людей. Когда даосизм возник как религия примерно через семь веков после Лао-Цзы, он опирался прежде всего на применение естественной (тварной) энергии безличными, механическими средствами для достижения спасения, внутренней трансформации и физического бессмертия. В результате в XVIII в. даосский мастер Лю Иминь сетовал: «Существует семьдесят две школы материальной алхимии и три тысячи шестьсот искажённых практик. Поскольку слепой ведёт слепого, они теряют правильный путь; они препятствуют ученикам и вводят их в загон.... Причина, по которой духовное сокровище не являет себя своим искателям, в том, что они сами не позволят ему появиться; как жаль, что превратные люди безумно проводят свою жизнь в кривых тропинках»**.
Здесь Лю И-Мин отражал учение самого Лао-Цзы, который писал:

Имей я толику знания, то, идя Путём,
Боялся бы только сбиться с него.
Великий Путь так ровен, так широк,
Но люди любят кривые тропинки.

Таковы возможные отклонения, возникающие из-за понимания Бога или Единого как полностью безличного. С другой стороны, если мы совместим единство и личностность Бога, мы получим Бога, живущего в метафизическом одиночестве, и дадим место искажённому взгляду на Него как на сурового, требовательного Судьи, раздражительного Эгоиста и сурового мстительного Деспота. Эта точка зрения проявилась на некоторых ранних порах китайской истории, за много веков до Лао-Цзы, например, когда Чжоу-гун сказал воинам династии Инь, которую он победил: «Не знающее сострадания Небо послало великие несчастья на Инь. Вы, многие офицеры Инь: теперь наш царь Чжоу великолепно и превосходно принял Божие правление. Небесное повеление было: уничтожить Инь»***. Однако это представление о Боге преобладало в гораздо большей степени в развитии иудаизма, а затем и ислама, как мы увидим.
Источники:
*(Из книги Евы Вонг «Религии мира. Даосизм». Эту книгу можно скачать в формате pdf здесь http://www.klex.ru/pnz)
**(Лю Иминь, «Пробуждение в Дао» (книга наверное ещё не переведена на русский)).
***(«Шу-Цзин» или Книга документов; перевод с английского, так как я не смог её найти полностью в интернете. Отчасти с её тестом можно ознакомится здесь http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/China/I/Drvnkit_fil/frametext1.htm).

Оффлайн Даниил Хосейни

  • Сообщений: 766
    • Православный
Re: Христос, Вечное Дао
« Ответ #99 : 12.03.2019, 16:11:06 »
13. Тайна Троицы

Евреям было дано откровение Единого Личностного Абсолюта; Лао-Цзы было дано осознание Единого Неэгоистичного Абсолюта. Оба утверждения верны, но каждое из них, казалось бы, исключает другое. Чтобы найти согласование и преодолеть искажения, возникающие в результате каждого противоположного взгляда, необходимо было найти недостающее звено в Природе Абсолюта. Богу нужно было открыть высшую тайну Своего Существа: тайну Триединства.

Когда эта тайна была открыта, обнаружилось, что в единстве Бога есть три Лица: не три Бога (как в политеизме), но три Лица в едином Боге. Отсюда можно увидеть, что Дао по сути разделял свою непостижимую, бесформенную Сущность с другими Лицами, равными Себе. Эти Лица разделяют общую Божественную Сущность, так же как люди имеют общую человеческую природу или сущность.

Мы говорили о неэгоистичности, утраченной людьми после ухода с Пути, и о том, как Лао-Цзы предпринял вернуться в это состояние самозабвения, найдя единую человеческую сущность, изначальную природу первобытного человека. Теперь, с откровением Триединого, можно увидеть, как изначальная и потенциальная самоотверженность человека является образом именно той самоотверженности, которая существует в трёх Лицах Абсолюта, разделяющих одну Божественную Сущность.

С тех пор, как человек ушёл с Пути, человеческая природа стала разделённой, а люди стали изолированными друг от друга; но не так с тремя Божественными Лицами, потому что Они живут друг в друге. Действия людей различны; но не действия Божественных Ипостасей, поскольку у Трёх единая воля, единое могущество, единое действие. Они держатся друг друга, существуют друг в друге.

Эта совершенная, пребывающая любовь между Ипостасями Божества в конечном итоге подразумевается в словах «Бог есть любовь» (1 Иоанна 4: 8). Божья любовь не распространяется только на вселенную, созданную Им, ибо Бог был Любовью ещё до основания мира. Как о. Думитру Станилоэ из Румынии († 1993) пишет*:

«Любовь должна существовать в Боге прежде всех его деяний, направленных вне Себя. Любовь должна быть в тесной связи с Его вечным существованием. Любовь - это «Божье бытие»».

Поэтому каждая Ипостась единого Бога, имеющая Своё бытие в Других, является полностью самоотверженной, обладающей качеством непроизвольности, самоистощения или самозабвения («пустота»), что Лао-Цзы интуитивно постигал в Дао. Каждая Ипостась (каждое «Я») забывает Себя перед Другими, истощая Себя в совершенной любви; и в этой невыразимой любви кроется секрет единства Бога. О. Думитру объясняет:

«Каждое Божественное «Я» ставит «Ты» вместо Себя… Отец видит Себя только как субъект любви Сына, забывая Себя во всех других аспектах. Он видит Себя только в отношения к Сыну. Но «Я» Отца не теряется из-за этого, потому что оно утверждается Сыном, который, в свою очередь, знает Себя только как Того, Кто любит Отца, забывая Себя...

«Это круговое движение каждого Божественного «Я» вокруг другого как центра. Их Три, но каждый внимает Другим и переживает только Других. Отец взирает только на Сына, Сын  только на Отца, взаимно сводя [истощая] себя любовью к другому «Я», к единому «Я». И каждые две Ипостаси в Троице, сведённые таким образом к Одному, взирают на третью Ипостась, и, таким образом, все три Ипостаси сводятся к Одному... Будь то по отдельности или попарно, Ипостаси ставят другое «Я» на передний план, скрывая себя (как бы) под Ним».

Таким образом, можно увидеть, как откровение Триединства Бога согласуют кажущиеся противоречивыми истины о Нём, бывшие ранее известными человечеству. Теперь стало возможным понять, как Бог может быть единым, личностным и самоотверженным (самозабвенным) одновременно.

Но почему, можно спросить, существует только три Ипостаси? Разве не достаточно двух Ипостасей, чтобы Бог мог быть личностным и самоотверженным? На это о. Думитру отвечает, что совершенная, объективная Любовь не могла бы существовать, если бы было только два Божественных Лица, потому что замкнутая любовь между двумя лицами, как и любовь к себе, может быть самопоглощённой и субъективной, что можно наблюдать в человеческом опыте. Совершенная Любовь разделяться с Третьим, чьё существование отражает превосходство над поглощённой в себя двойственностью. О. Думитру пишет:

«Если одно замкнутое в себе «Я» остаётся в соноподобной субъективности, то поглощённость двух «Я» во взаимную любовь, – безразличную к присутствию любого другого, – также сохраняет, в некоторой степени, тот же характер соноподобной субъективности и неустойчивость существования. Это неполное единство и отсутствие устойчивости вызывает жадность (ревность?) одного по отношению к другому в каждом из двух, что превращает его в объект страсти, а это ниже уровня истинной любви. Полным единством и полной утверждённостью в существовании обладают два «Я» (только тогда), когда они встречаются в Третьем благодаря своей взаимной любви к Третьему. Таким образом, они превосходят ту отдельную субъективность, которая чревата опасностью прелести».
*В книге "Богословие и церковь", Нью-Йорк, 1980
« Последнее редактирование: 23.03.2019, 12:25:18 от Даниил Хосейни »

 

Пожертвования на работу форума "Православное кафе 'Миссионер'"
можно отправлять по приведенным ниже реквизитам"

R412396415730
E210633234893
Z101437155470

41001985760841



Рейтинг@Mail.ru